Предшествующее обсуждение таинств могло бы вполне удовлетворить всех способных к научению людей, чтобы не принимать, не имея на то Слова Божьего другие таинства помимо двух, которые были установлены Господом.
    Но мнение о наличии семи таинств столь часто повторялось в диспутах и проповедях, что укоренилось в сознании каждого. Поэтому мне показалось полезным рассмотреть другие пять обрядов, обычно причисляемых к таинствам Господним.
    Нам надлежит помнить: власть устанавливать таинство принадлежит одному только Богу. Таинство есть печать, скрепляющее обетование Бога. Для того чтобы таинство стало таинством, ему должно быть предпослано Слово Божье.
   
    Ни у одного учителя древней Церкви нельзя найти упоминания о наличии семи таинств. Св. Августин:
    «Господь наш Иисус возложил на нас благое иго и лёгкое бремя. И поэтому Он предписал христианской Церкви малое число таинств, нетрудных для соблюдения и превосходных по значению: Крещение, посвящённое имени Троицы, и Причащение Телу и Крови Господа».
    Почему же Августин не упоминает здесь числа «семь»? Можно ли поверить, чтобы он умолчал о нём, если бы оно уже установилось в Церкви? Поэтому я утверждаю, что папистскому учению о семи таинствах противостоит не только Слово Божье, но и древняя Церковь.
   
    Конфирмация. (В православной традиции миропомазание.)
   
    В древние времена в Церкви существовал порядок, согласно которому дети христиан, достигнув сознательного возраста, представали перед епископом для исповедания своей христианской веры, как это делали при крещении новообращённые язычники. Этот акт сопровождался церемонией возложения рук. Я всячески приветствую такое возложение рук, когда оно совершается просто как форма молитвы.
    Но те, кто пришёл позднее, извратили это древнее установление. Они заменили его какой-то рождённой в их головах конфирмацией и заставили считать её таинством Божьим. Они утверждают, что Святой Дух даётся в крещении для прощения грехов, а в конфирмации – для приращения благодати. Конфирмация совершается посредством миропомазания и произнесения слов: «Помечаю тебя знаком святого креста и укрепляю помазанием спасения». Но что заставит нас поверить, что их миро есть сосуд Святого Духа? Мы видим масло и более ничего. Для того чтобы таинство было таинством, к мирскому элементу должно прибавиться Слово. В таинствах нужно различать две стороны: телесную субстанцию и запечатлённое Словом Божьим обетование. Так пусть предъявят нам это Слово, если хотят, чтобы мы видели в масле нечто большее, чем простое масло!
    У наших противников хватает бесстыдства отрицать, что крещение вполне совершенно и без конфирмации. Но св. Павел пишет (Римлянам 6,4):
    «Мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мёртвых славою Отца, так и нам ходить в обновлённой жизни».
    Разве св. Павел не толкует эту причастность жизни и смерти Иисуса Христа как умерщвление нашей плоти и животворение духа? Собор в Милевисе, проходивший во времена Августина, постановил: «Всякий утверждающий, что крещение даётся только в оставление грехов, но не в помощь благодати Святого Духа, да будет анафема».
   
    Вы видите теперь опасную уловку сатаны: то, что даётся в крещении, он представляет следствием конфирмации, отвращая нас от крещения. Слово Божье гласит (Галатам 3,27):
    «Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись».
    Слово служителей масла возвещает: мы не получаем в крещении никакого обетования, которое вооружало бы нас на брань с дьяволом. Согласно их доктрине, подлежат осуждения Апостолы и мученики. В то время не было ещё этого святого елея, который мог бы довершить их христианство. Наконец, наши противники полагают, что сие святое помазание надлежит почитать больше, чем крещение, потому что оно принимается только из рук высокопоставленных прелатов, в то время как крещение сплошь и рядом совершают простые священники. Что на это сказать? О богохульные уста! Вы дерзаете противопоставлять таинству Христову свою жирную смазку, заговорённую вашим невнятным бормотанием? Вот каковы декреты святого апостольского престола!
   
    Я хотел бы сохранить тот порядок, который существовал у древних до того, как вошла в обыкновение эта видимость таинства – христианское наставление, по завершении которого дети или подростки должны были изложить основания веры в присутствии Церкви. Тогда каждый был бы должным образом наставлен в христианском учении.
   
    Покаяние. (В православной традиции исповедь.)
   
    Вслед за конфирмацией наши противники полагают таинством покаяние. Они ссылаются на так называемое обетование ключей. От Иоанна 20,23:
    «Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся».
    Они хвалятся тем, что на них возложена миссия вязать и разрешать, как будто это некая юрисдикция, осуществляемая в форме судебного разбирательства. О вере и раскаянии грешника священник не может знать, чтобы вынести свой приговор. Об этом знает только Бог. Как уже было показано (в лекции о покаянии), вестники Евангелия Словом Божьим могут обещать всем прощение грехов во Христе через веру. Пример формулы отпущения грехов Жана Кальвина:
    «Каждый из вас, униженно смиряясь перед Богом, искренне сознаёт себя грешником и верует, что Небесному Отцу угодно явить милость к нему в Иисусе Христе. Всем тем, кто раскаивается подобным образом и взыскует Иисуса Христа ради своего спасения, я объявляю прощение грехов».
    И этим Словом вестники могут объявить осуждение блудникам, убийцам, ворам, идолослужителям.
    Кратко покажем, насколько безосновательно представлять покаяние таинством. Во-первых, здесь нет никакого внешнего знака, установленного Господом. Св. Августин:
    «Таинства были установлены как зримые плотскими людьми, чтобы они могли по ступеням таинств взойти от видимых оком вещей к вещам умопостигаемым».
    Но это вовсе не соответствует воображаемому таинству покаяния у папистов, где нет никакого телесного образа, представляющего духовный плод. Во-вторых, обряд покаяния является чисто человеческим изобретением. Ритуалы таинств могут предписываться только Богом.
    Паписты назвали это мнимое таинство «спасительной доской после кораблекрушения». Ибо если человек запятнает грехом одежды невинности, в которые он облачается при крещении, то сможет омыть их покаянием. Смысл этого изречения в том, что крещение уничтожается грехом. Между тем, грешники, напротив, должны обращаться к памяти о крещении всякий раз, когда ищут прощения грехов, согласно обетованию, данному в крещении. Было бы весьма точно и правильно назвать таинством покаяния именно крещение, потому что оно дано в утешение тем, кто стремится к покаянию. От Марка 1,4:
   «Явился Иоанн, крестя в пустыне и проповедуя крещение покаяния для прощения грехов».
   
    Елеосвящение. (В православной традиции соборование).
   
    Оно совершается священником над умирающими посредством помазания елеем, освящённым епископом, и произнесения слов: «Через это святое помазание и по милосердию Своему Бог прощает тебе всё, в чём ты согрешил». Наши противники уверяют, что это таинство доставляет отпущение грехов и облегчает телесную болезнь. Они ссылаются на Иакова 5,14:
    «Болен ли кто из вас? пусть призовёт пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазавши его елеем во имя Господне, - и молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь; и если соделал он грехи, простятся ему».
    Но если вглядеться, с какой свободой Господь и Апостолы относились к этим внешним вещам, будет легко понять, что в подобных действиях нет никакого скрытого таинства. Господь, желая вернуть слепому зрение, сделал брение из земли и слюны. Одних Он исцелял прикосновением, других – словом. Также и Апостолы одних они исцеляли только словом, других – прикосновением, третьих – помазанием. Знаком помазания Апостолы указывали простым людям на истинный источник своей силы – из опасения, как бы её не приписали самим Апостолам. Конечно, Господь во все времена приходит к нам на помощь в болезнях. Но сегодня Он не являет среди нас особенных чудес, которые ранее подавал через Апостолов.
    Наши противники хотят заставить нас поверить, будто их елеосвящение сохраняет ту же силу, будто в их «таинстве» в самом деле заключено целительное средство, способное ослабить тяжесть болезни. Но опыт говорит обратное, потому что эти святители подобного облегчения не доставляют («молитва веры исцелит болящего»). Св. Иаков велит помазывать елеем больных. Они же пачкают своим маслом не больных, а близких к кончине, уже почти бездыханные тела.
    Когда Иаков даёт предписание мазать больных елеем, я понимаю это как помазание обычным маслом. Между тем паписты не признают масла, если оно не освящено епископом, то есть если епископ не преклонил перед ним девять раз колени, трижды произнеся: «приветствую тебя, святое масло», - и ещё трижды: «приветствую тебя, святой елей», - и ещё трижды: «приветствую тебя, святой бальзам». От кого они восприняли подобные заклинания?
    Наши противники заявляют, что в силу их священного помазания прощаются грехи. Но св. Иаков говорит, что когда больной будет помазан елеем и над ним будут произнесены молитвы, ему простятся грехи. Получив прощение грехов, он получит облегчение в своих страданиях. Это не значит, что грехи будут уничтожены маслом; но что молитвы верующих, которыми страждущий препоручается Богу, не останутся тщетными.
   
    Священство.
   
   Священниками паписты называют тех, чьё служение заключается в жертвоприношении Тела и Крови Иисуса Христа, произнесении молитв и благословения даров Божьих.
    Всякий, кто называет себя священником и присваивает себе право приносить примирительную жертву, оскорбляет Христа. Именно Он был с клятвой поставлен и посвящён Отцом. Евреям 7,24:
    «Сей, как пребывающий вечно, имеет и священство непреходящее, посему и всегда может спасать приходящих чрез него к Богу, будучи всегда жив, чтобы ходатайствовать за них».
    Только Господь Иисус имел исключительное право и возможность удовлетворить Бога и Своим жертвоприношением очистить нас от грехов. Все мы являемся священниками в Нём, однако лишь для того, чтобы приносить хвалу и благодарение Богу, а главное – приносить Ему в дар самих себя. 1е Петра 2,9:
    «Но вы – род избранный, царственное священство, народ святый, люди взятые в удел».
   
    Теперь обратимся к принятым у папистов ритуалам. Посылая Апостолов на проповедь Евангелия, Господь дунул на них и сказал (от Иоанна 20,22): «Примите Духа Святого». Наши противники переняли это дуновение как обезьяны, и бормочут над посвящаемыми: «Примите Духа Святого». Они говорят, будто следуют примеру Господа. Но Господь совершил множество вещей, в отношении которых не желал иметь последователей. Так Он сказал умершему Лазарю (от Иоанна 11,43):
    «Лазарь! Иди вон».
    Также паралитику (от Матфея 9,6):
    «Встань, возьми постель твою и иди в дом твой».
    Отчего же они не говорят тоже самое всем остальным мертвецам и паралитикам? Господь дунул на Апостолов и наполнил их благодатью Святого Духа. Силясь повторить тоже самое, наши противники вступают в состязание с Богом. Но это – глупое обезьянье подражание. Их священнодействие отнюдь не должно совершаться в подражание Христу, ибо у Христа оно являлось особым знаком чуда.
   
    Далее, от кого они восприняли помазание священников? Они отвечают, что от сынов Аарона, к которым восходит их священство. Называя себя последователями сынов Аароновых, они наносят оскорбление священству Иисуса Христа. Евреям 7,12:
    «С переменою священства необходимо быть перемене и закона».
    Если наши противники услаждаются Моисеевыми обрядами, почему они не приносят в жертву тельцов, коров и ягнят? Теперь об их пресловутом священном масле. Какое Слово укажут наши противники относительно своего масла? Будет ли это заповедь о помазании сынов Аарона, данная Моисею? Но Моисею было одновременно заповедано заклать тельца, вылить его кровь, и заколоть двух овнов и сжечь, и освятить уши и одежды Аарона и его сынов кровью одного из овнов (Левит 8). Если нашим противникам нравится окроплять себя, то почему маслом, а не кровью? Несомненно, они стараются изобрести какую-то особую религию, составленную из христианства, иудаизма и язычества.
   
    Что касается возложения рук, каким вводятся в сан истинные служители Церкви, я отнюдь не возражаю против именования его таинством. Ибо этот ритуал взят из Писания и означает дарование духовной благодати. 1е Тимофею 4,14:
    «Не неради о пребывающей в тебе даровании, которое дано тебе по пророчеству с возложением рук священства».
    Однако я не называю это таинство ординарным и широкоупотребительным среди верующих, так как оно предназначено для особого служения. Священники от уст Иисуса Христа поставлены для того, чтобы служить подателями Евангелия и таинств и пасти агнцев Христовых, а не приносить ежедневные жертвы. И обетование благодати Святого Духа было дано им не для того, чтобы они искупали грехи, а для должного управления Церковью.
    Брак. Несомненно, брак есть благое и святое Божье установление. Бытие 2,24:
    «Посему оставит человек отца своего и мать свою, и прилепится к жене своей; и будут одна плоть».
    Точно также благи занятия земледельцев, каменщиков, сапожников, однако они не являются таинствами. Ибо в таинстве обязательно должен присутствовать внешний богоустановленный обряд, подтверждающий то или иное обетование. Ничего подобного в браке нет.
    Наши противники ссылаются на слова св. Павла (Ефесянам 5,28):
    «Так должны мужья любить своих жён, как свои тела: любящий свою жену, любит себя самого».
    И 32 стих:
   «Тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви».
    Наши противники введены в заблуждение словом «тайна». Но трактовать Писание таким образом значит смешивать Небо и землю. Св. Павел приводит мужьям в пример Христа, желая показать, с какой особенной любовью оно должны относиться к жёнам.
    Далее, они украшают брак именем таинства, а затем называют его грязью и плотской скверной. Не абсурдно ли запрещать таинство священникам? Если паписты возразят, что запрещают не таинство, а сладострастие плотского акта, это ничего не меняет. Ведь они учат, что плотский акт есть часть таинства, ибо мужчина и женщина становятся одной плотью не иначе как через плотское совокупление. В учении наших противников есть несообразность. Они утверждают, что в таинствах сообщается благодать Святого Духа. Однако, признавая таинством плотский акт, они отрицают присутствие в нём Святого Духа.
    Апостол, восклицая: «Тайна сия велика!» - имеет в виду духовный брак Христа с Церковью. Поистине это великая тайна.